24 | 10 | 2019

ТАЕЖНЫЙ АНГЕЛ. РОМАН. ЧАСТЬ 4. ГЛАВА 3.

angel

 

Глава третья

1329054988 

Ущелье мастеров

 

Гул земли.

Проснувшись, я не сразу понял, что меня разбудило. Но, когда сон растаял, мне стало понятна причина. Меня разбудило гудение, идущее из-под пола. Гул доносился как бы отовсюду, но на самом деле шел от земли. Он меня и разбудил.
Нельзя сказать, что гудение земли вызывало опасение. Все-таки мы живем здесь немалое время, и гудение земли стало вполне привычным явлением. Вон и Лизка спит так спокойно, будто гула никакого нет. Но все же сегодня в нем было что-то особенное. То ли он громче стал, то ли стал боле раскатистым, но мне он сегодня особенно не понравился.
Мы с Сергеем уже обсуждали, откуда идет этот звук, и бородатый блондин мне объяснил, что этот оазис недаром цветет и благоухает среди кромешной Сибирской зимы. Он находится в жерле вулкана, давно уснувшего и многие века не представлявшего никакой опасности. Жар от огня спящего "дракона" разогревает землю и воду, потому все в долине пропитано его теплом.
На вопрос, всегда ли земля долины так гудит, Сергей ответил, что в "Книге отцов" (о книге читайте выше) про земной гул нет ни слова. То есть, звучать долина начала совсем недавно.
На вопрос, что это означает и чем это грозит жителям долины, он ответить не мог, но сказал, что отцы долины уже не раз совещались по этому поводу. Что они решили, никто пока не знает. Олег тоже был на том Совете, но помалкивает. Видимо потому, чтоб лишний раз не волновать людей.
Люди, в общем-то спокойно относятся к гудению под ногами, видимо, полностью отдав решение проблемы отцам. А раз отцы молчат, то и волноваться незачем.

За окнами уже было светло. Солнечные лучи не пробивались сквозь туман, но света в долине хватало. Крепкие стены дома из отшлифованных толстенных бревен были увешаны полотенцами, образами и рисованными портретами, видимо, родственников. Широченный топчан, предоставленный нам хозяевами, был покрыт не таким уж и толстым матрацем, но жестким он не был. Одеяло было тонким. Это говорило о том, что тепла здесь хватает.
Лизка спала. Изогнувшись в какой-то невероятной позе с рассыпанными по подушке волосами, она была полна очарования. Засмотревшись на девчонку, я даже вздрогнул, когда она вдруг произнесла:
- Ну, хватит на меня пялиться, глаза выпадут.
Вот ведь, спиной увидела!
- А слабо’ сбегать искупнуться?
Я вдруг вспомнил, как она вчера в свете лампочки блистала своими изящными формами, и мне захотелось… еще раз увидеть то же самое, но уже днем. А вдруг согласится?
- Нет уж! - Лизка уже повернулась ко мне и хитро прищурилась. - Ты и ночью-то таращился на меня, чуть глаза не утопил. Потому боюсь, что днем ты окончательно ослепнешь. Я из умывальничка умоюсь, а ты можешь сходить, понырять.
Лишить себя удовольствия побразгаться в чудесной водичке я не мог, потому вскочил и хотел метнуться за дверь, но

Лизка меня притормозила.
- Ты ничего не слышал ночью?
Чудеса! Она после всего еще и не спала?
- Нет. Спал как убитый. А что ты слышала?
- Меня разбудил какой-то шум… даже нет, не шум, а гул. И шел он снизу, будто бы от земли.
- Да это, скорее всего, хозяин генератор гонял, свет в мастерской нужен был.
Лизка покрутила головой.
- Нет. Гул шел снизу, но как-будто отовсюду, и даже мне показалось, что дом немного покачивался и дрожал.
- Да нет! Тебе это все приснилось.
Девушка промолчала, будто задумавшись. Я воспользовался ее задумчивостью и выскочил из комнаты.
Толстые бревна нашей спальни не пропускали домашний шум, но как только я попал в дом, то мгновенно окунулся в ребячий гомон, кухонные ароматы и женские голоса. Поздоровавшись со всеми, я рванул к теплице.
На тропе столкнулся с Олегом, утирающим полотенцем широкие плечи.
- Привет, Рома! А Лиза не пошла с тобой? - Улыбка раздвинула его бороду.
- Стесняется, наверное. Говорит, из умывальничка умоется.
- Ну, это она зря! - Непонятно, было, что он имел в виду, то ли зря, что из умывальника, то ли зря, что стесняется.
- Утреннее купание для нас священно!

Я с ним согласился, на ходу скинул штаны и плюхнулся в воду.
Ух! Какая благодать! Теплая чистая вода ласкала тело, ароматный воздух можно было на хлеб мазать, а окружающая природа так радовала глаз, что иного слова кроме “Рай” на ум не шло.
Я лежал на воде лицом вниз, не закрывая глаз, и разглядывал рыбок, копошащихся на дне.
Кто-то плюхнулся в речку рядом со мной и, судя по тому, что начал меня тут-же топить, сомнений не было - это Лизка. Оттолкнувшись ото дна, я кое-как вырвался из ее цепких рук и вылетел из воды, выплевывая воду.
- Ты хочешь моей смерти? Так получи же ответку!
Струи воды из-под моих рук мгновенно заставили фулиганку закрыть руками глаза. Повернувшись спиной, Лизка запричитала, что хватит, уж и пошутить нельзя, она сдается. Но только стоило мне прекратить ее обрызгивание, как она мгновенно развернулась и запустила в мою сторону водяные копья.
- Ах, так! Ну, ты получишь у меня!

Утренняя снедь.

Поплескаться вволю нам не дали.
На берегу возник Мишка, сын Олега. Увидев нас, он заулыбался во всю ширь своего щербатого рта и пропищал:
- Дядя Лома, батя идет в ущелье, иди ш ним!
Ну, точно шепелявит как та бабка, что пришла к нам первым утром! Только голосок тоньше, да букву "р" прячет.
- Привет, Михаил! А я есть хочу. Где твой папка?
- Папка в трапежной, вше уже там, тебя ждем!

 

Местный люд не особо заботится об одежде, относится к ней проще, чем в более прохладных краях. В чем спит, в том и к столу выходит, окунувшись перед этим в речку.
Потому мы еще окунулись пару раз, промыли глаза и ринулись к столу.
Большая семья была вся в сборе. Весело стуча деревянными ложками по деревянным же плошкам, народ негромко переговаривался. Увидев меня, глава семьи, Олег, подвинулся на лавке и пригласил нас сесть рядом с собой.
- Садитесь. Поснедаем, да мы с Романом в ущелье пойдем. Пора тебе показать наш завод. Вы как, привыкли уже, что приходится вставать ни свет, ни заря?
За окнами, правда, было еще темно, но я уже знал, что день в долине короткий из-за окружавших нас гор, потому ответил:
- Это не проблема. Труднее было вставать в самом начале, как попали сюда. Я только позже понял, почему. Видно нас перенесло далеко на восток, потому наши "биологические часы" не сразу перестроились.

Народ уже вскоре отстучал ложками, опростал кружки, но никто не встал из-за стола, пока младший из всех, Никитка, не поднял руку с ложкой вверх.
- Я поел! - Крикнул он, и семья, терпеливо ожидавшая этого вскрика, с шумом и смехом начала перешагивать лавки, тут же исчезая по своим делам.
- Пойдем, сначала зайдем в мою мастерскую. - Обратился ко мне Олег. - Надо кое-что прихватить с собой.
Забежав в спальню и напялив верхнюю одежду, я побежал в домик, что стоял в зарослях крыжовника. Сорвав по пути небольшой "арбузик", ягоду крыжовника, но пришлось притормозить, чтоб прожевать этот плод, обеими руками запихивая его в рот. Эти гигантские ягоды до сих пор поражали меня своей величиной.

Мастерская.

В мастерской Олега я ни разу не был, и она поразила меня множеством инструмента.
- Олег, а откуда у тебя столько прибамбасов? Насколько я знаю, магазинов поблизости, да и поодаль не наблюдается. Где ты его берешь?
- Так ведь никогда не знаешь, откуда чего берется. - Олег окинул взором свое хозяйство. - Так, потихоньку, помаленьку и насобиралось. Люди ведь постоянно ходят в Усть-Нару и обратно, а там ходоки, да и Сильвестр, капитан баржи, что ходит по Лене, привозит кое-что.

Из рассказов мужиков я уже знал, где мы находимся. Поселок Усть-Нара, где живут родственники многих местных жителей, стоит на реке Лена, далеко севернее Байкала (вы можете представить, куда нас занесло?). Дорога туда чрезвычайно сложная. Возможность пройти по ней представляется только ранней зимой и глубокой осенью. Приходится ждать, когда огромное болото замерзнет, но не позже, чем снег завалит проход в пещеру, ведущую на перевал. (Все это описано в книге Егора, смотрите первые три части). Остальное время люди заперты в долине Радости, и о чем, кстати, они нисколько не жалеют. В этой благодати жизнь, как мне сейчас думается, сплошной праздник. Конечно, по рассказам старожилов, бед здесь случается не так уж и мало, одна гемофилия чего стоит, но люди стараются не заморачиваться на них, а живут полной, созидающей жизнью. Строят дома, разрабатывают, добывают и обрабатывают полезные ископаемые, снабжают Усть-Нару фруктами, овощами и рыбой, возделывают свободные от воды земли. Да и мелких забот тоже хватает.

- А ты к какому труду более приспособлен? - Олег уже собрал ящик с нужным инструментом и вопросительно смотрел на меня. - К чему лежит душа?
- Да я, в общем "авто-мото-вело-фото-кино-радио монтер", так сказать. Твердым ремеслом не владею, а руки не для скуки, что надо сделаю. Больше привык с деревом дело иметь, как и мой батя тоже.
При слове "батя" я тут же представил мое село и дом. Какой же там, наверное, переполох стоял, когда я исчез! А сейчас, небось, уже и бросили меня искать. Эх…
Олег, похоже тоже понял, о чем я думаю, и неожиданно сказал:
- Роман, не горюй! В ближайшее время ты сможешь поговорить с родными. Связь уже наладили. И Лизе скажи, пусть готовится. Паниковать вы, как я думаю, уже перестали, потому сможете успокоить своих родителей и родственников, мол, живы-здоровы, чего и вам желаем. Где вы и как вы, пока не говорите, а потом… - тут он немного помолчал, - может даже и свидитесь.
Ну, ни фига себе! Свидитесь - это как? По телевизору, что ли? Что-то Олег недоговаривает. И много недоговаривает!

Ущелье.

Но я не стал ни о чем его спрашивать, тем более, что мы уже вышли за калитку и потопали вдоль речки. Впрочем, немного отойдя от дома, Олег поставил ящик с инструментом на землю и в чем был ухнул в воду.
- Делай как я! Успевай, пока можно! - Крикнул он и завертелся в воде, блаженно крякая.
- Ууух! - Я тоже сверзся в воду. - Не зная броду, суйся в воду!
Какая все же лепота эти те’плицы! Вода чистая, теплая, мягкая! Будто кто фильтрует и согревает ее. Фантастика!
А, впрочем, почему ж не фантастика? Самая настоящая! Жили-были в холодном зимнем Горном Алтае и вдруг - рраз! - и мы здесь! Как, почему, почему мы?! Чудо, не иначе!
Не отжимая одежду от воды, мы подхватили ящики и потопали дальше. В таком тепле все просохнет быстро.

Постепенно, как я заметил, горы все более сближались. Теперь тропинка шла уже между речкой и скалами, хотя на том берегу виднелась пробитая в лесной чаще дорога. Интересно, а на чем люди тут ездят? Не на лошадях же. Доставить их сюда через болото и по горным кряжам немыслимо. И точно, вскоре из-за деревьев показался мужчина, тянувший за собой тележку на двух велосипедных колесах.
Он притормозил, махнул нам рукой и крикнул:
- Не спешите, домна еще не прогрелась. Но руду уже принесли. В дробилку закладывают. Домна? Руда? Ничего себе!
И точно! Тут же послышался грохочущий звук, видно, дробилка заработала.
Звук все приближался, и за очередным поворотом я увидел то, куда мы шли.

6303553096 4148dfe89c b

Ущелье с узкой полоской света вверху было обжито так, что превратилось в большой цех. Тут вдоль скалистых стен были расставлены станки различных видов, работавшие на ременных приводах от общего вала, который вращался от парового двигателя. Верстаки металло- и деревообработки стояли у другой стены. А в глубине ущелья была видна сама домна, если я правильно понял. Большой котел, неизвестно как доставленный сюда, подогреваемый снизу большой каменной печью, скорее всего и был этой самой домной. Для засыпки руды сверху свисал желоб. Где-то вверху подтаскивали руду и по желобу ссыпали ее в домну. Просто и сердито. Но что выплавляли в этом котле?

Включаюсь в работу.

Олег, стоявший с рабочими возле верстаков, махнул мне рукой и, когда я подошел, спросил:
- Приглядись, чем бы ты хотел заняться?
Круто! Я еще и не огляделся как следует, а он уже включает меня в работу.
- Да я не знаю пока… Все зависит от оплаты.
Это я произнес как бы шутя, потому что догадывался, что народ тут трудится задарма. Но Олег неожиданно произнес:
- Оплату гарантируем. Золотом будешь брать? А серебром? Или как у вас на материке - рублями?
Я обалдел… Ну-ка, ну-ка!
- Если можно, золотом.
На лице Олега не отразилось ничего!
- Ну, золотом так золотом.
Затем Олег едва заметно улыбнулся и добавил:
- Мы платим золотом в основном ходокам, но тем, кто этого хочет, тоже выдаем золотой эквивалент. Так что все нормально. Возможно, в свете нынешнего положения это самый верный вариант.

Так просто? Хочешь - золотом, хочешь - серебром? Чудеса! Видимо, и того и другого у них хватает?
Впрочем, до конца обдумать эту мысль мне не удалось, потому как Олег повел меня вдоль верстаков с деревянными изделиями, показывая то, чем занимались столяры. Те улыбались, когда мы подходили, и показывали свою продукцию. В общем-то я не увидел ничего нового. Дверные и оконные коробки, двери, рамы, половые плахи… Короче, все то, чем я и занимался до перелета сюда. Так что меня определили к парню примерно моего возраста, выдали спецодежду, и мы продолжили работу, которой занимался Костя, как он мне себя назвал.
Парень оказался говорливым, и мы в дальнейшем трудились не только руками, но и языками. Костя ничего не скрывал и подробно ответил на все мои вопросы. Не так уж и много нового я узнал от него, но вот потом Костя обрушил на меня такую лавину вопросов, что я ему предложил встретиться после работы и тогда я ему обскажу все, что он запросит. Костя, было видно, этому сильно обрадовался, и до конца рабочего дня мы усердно выстрагивали оконные рамы.

Кстати, парень сообщил без всякой утайки, что золота и серебра в Долине добывают не так уж и мало, хватает и на оплату, и для ходоков, и для приобретения необходимых товаров и инструментов. В хранилищах Долины немало и драгоценных минералов. Так что зарплата драгметаллом - обычное дело. Но еще он добавил, что некоторые работают вообще без зарплаты, и это тоже никого не удивляет.
Долина Радости - что и говорить!
Да! А что там Олег произнес про нынешнее положение? Надо приспроситься.

Лизка.

Гул с утра меня очень испугал. Он был и раньше, но не такой громкий. Это гудение земли прямо давило на меня. После ухода Ромки я подушкой закрыла голову, но даже и она не помогла. Ромка, конечно, ничего не услышал, а мне вот стало страшно. Варя говорила, что раньше гул был намного тише, да и случался нечасто. А вот теперь…
Купание в теплицах - моя всегдашняя теперешняя радость! Никогда в жизни я не видела такой воды. На море, возможно, было так же здорово, но я там не была. А вот эта речушка меня очаровала!
Вокруг благоухает лес, некоторые из деревьев я даже в книжках и в интернете не видела. А цветы - это вообще что-то нереальное. Каких только видов и расцветок тут только нет! Как-то один раз я хотела посчитать, сколько их разновидностей тут растет, но сбилась со счету. А фрукты! А ягоды! Все это так фантастично, что у меня не хватает слов, чтобы обо всем этом рассказать. Я готова часами любоваться местной природой и, конечно, купаться, купаться и купаться… вместе с Ромкой!

Вспоминаю, как мне вначале было непривычно купаться обнаженной, да еще и вместе с таким же обнаженным мужчиной. Но то ли от того, что здесь все так купаются, то ли Ромка, всегда такой веселый и заводной, меня отвлекает, но теперь мы с ним булькаемся в речке каждую свободную минуту. В последнее время он с меня глаз не сводит, а в воде вообще теряет голову…

После завтрака все разбежались по своим делам. Ромка ушел с Олегом в ущелье, где были мастерские. Одна Варя была дома, и я, позавтракав, включилась в работу. До обеда мы с ней накормили всю живность, что они держали, обошли вокруг дома и насобирали фруктов для обеда, прибрали в спальнях, выстирали одежду ребятишек, немного посидели за ткацкими станком, где я в основном училась заправлять челнок. Все время, пока занимались домашними делами, мы говорили, говорили и говорили.

Варя - удивительная женщина! Она досконально знает историю Долины Радости от первых дней, когда сюда проникли люди несколько веков назад, и до нынешних дней. От нее я узнала, как попали сюда Олег с друзьями, как они с другими жителями села по дикому морозу и страшной метели шли из Усть-Нары в Долину, как Олег с друзьями с первых дней "захватили власть", привнеся в жизнь радостинцев много нового и необычного. Одна электростанция на горном ручье чего стоит! Да и ущелье силами этих парней превратилось чуть ли не в завод. А радио, с помощью которого стало возможным слушать мировые новости и разговаривать с Усть-Нарой!
Но более всего меня поразили ходоки. Когда в Долину пришла беда, то ходоки, проделывая жуткий путь до Байкала и дальше, сумели привести новых людей с большой земли, и те влили новую кровь в радостинцев, отчего дети, здоровые и жизнерадостные, вновь наполнили Долину счастьем. О том, как девушки Усть-Нары соперничали друг с другом, чтобы завладеть "пришельцами", которых привела Маша, женщина рассказывала так, будто все происходило вчера.

- Понимаешь, они были для нам как боги, спустившиеся с небес! - Взволнованно говорила Варя. Глаза ее при этом светились таким огнем, как у той юной девушки, что впервые увидела парней. - А когда я увидела Олега, то чуть с ума не сошла от благоговения перед ним. Я будто растворилась в нем! Он и сейчас для меня божество, хоть я и стараюсь это скрывать. Да и все девчонки будто с ума посходили в те дни. А что было с нами, когда Олег с друзьями уехали домой… Мы с девчонками собирались возле водопада, где совсем недавно купались вместе с ними, и хором рыдали… Только Маша нас и спасла. Она все дни рассказывала нам, как они путешествовали по рекам, по Байкалу и как шли в Нару. О каждом из них она могла говорить часами! Мы даже подумали, что она влюблена в каждого из них. Но когда родился сынишка, то она всю свою любовь отдала ему и своему мужу Сергею. Варя помолчала.
- А сколько было счастья, когда они вернулись! Вроде и раньше ходоки приводили юношей с большой земли, тоже красивых и ладных, но эти… Даже смешливый и будто бы невзрачный на вид Юра, и тот казался нам небожителем. Сергей с Машей соединились в настолько прекрасную пару, что при виде них радостью наполнялись сердца всех, кто встречал их на улице. А когда Сергей читал свои стихи, люди замирали от волшебства слов. Про Егора и его гитару и говорить нечего! Его песни пели в каждом доме. А когда ему начала подпевать Оленка, люди переставали дышать! Они и теперь частенько устраивают спевки, собирая вокруг себя нашу молодежь. Теперь на гитаре умеют играть, считай, все от мала до велика...

Вечер пришел, как всегда, быстро. Темнота упала на Долину.
Земля молчала. Гул затих.
Но надолго ли?

Ночное чудо.

Лизка будто едва дождалась, когда я приду. Тут же начала тараторить о тех новостях, что она узнала от Вари. Но заметив, что я выгляжу усталым, тут же начала теребить меня, убеждая сходить искупаться. А я как-то и не подумал по пути домой нырнуть в теплицу. Что ж, в речку, так в речку.
Мы сбежали с реке, скинули одежду и бултыхнулись в воду.

Ооо! Какое это блаженство - распластаться в ласковой водичке! Ночь, тишина и тихое побулькивание воды…
То же самое, наверное, чувствовала и Лиза. Она тоже лежала на воде, закинув руки за голову, и в отсвете фонаря, свисавшего с дерева, казалась русалкой, отдыхающей от дневных забот.
Я встал на ноги, вода доходила до плеч, подвел руку под Лизкину спину и осторожно притянул девушку к себе. Она тоже встала на ноги и прижалась ко мне. Мы стояли, обнявшись, смотрели на огонек лампочки и молчали… Никаких мыслей, только упоение блаженством!
- Как ты думаешь, за что нам с тобой выпало такое счастье - быть здесь и быть вместе?
Лиза ладошкой черпала воду и сливала мне на плечи.
- Ведь мы с тобой обычные люди, никакие не волшебники, даже не задумывались об этих краях, но из миллионов людей здесь оказались только мы с тобой! И, что я заметила, мы оба стали немного иными. Ты стал красивым и стройным, да и я стала другая. Глядя на себя в зеркало, я вижу себя, но это совсем не та я, что была раньше.

Я слушал ее и соглашался. Да, мы здесь другие. Даже и думаем иначе.
- Пойдем, я хочу тебя получше рассмотреть.
Я взял Лизу за руку и повел к берегу. Она постепенно выходила из воды, и ее фигурка в неярком свете, постепенно обнажаясь от воды, поражала своим совершенством. Очей очарованье, как сказал поэт!
Я рассматривал девушку и млел. Какое совершенство линий, какая гармония!
- Лиза, я не знаю, что с нами будет дальше, но эта ночь, я чувствую, останется со мной навсегда.
Притянув к себе это чудо природы, я прижался к ее губам, и душа взлетела к небесам.

vin144 1

По поводу скачки архива романа пишите Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Дальше 

У вас недостаточно прав на комментирование

.