17 | 02 | 2018

Таганайские зомби

И.Истомин

ТАГАНАЙСКИЕ ЗОМБИ

Из серии «Далматовские дали»

taganai2

К концу восьмидесятых годов прошлого тысячелетия мы с ребятами из далматовского турклуба «Орион» пешком и на лыжах мы исходили весь район, потому новые пространства и впечатления были просто необходимы. Будто подслушав наши мысли, откуда-то появилась магнитофонная запись песни челябинского барда Олега Митяева «Таганай», где строчка «…беспокойная юность уносит меня…» мгновенно определила наш следующий план похода – на Таганай!

На улице потрескивали морозами зимние каникулы, потому основную часть сборов заняли проблемы с одеждой. Богатый опыт зимних путешествий не позволял провести нас на мякине, все было подобрано и упаковано: большой шатер из крепкого капрона, мини-печка с длинной вытяжной трубой, пенополиуретановые ковры, пуховые спальники, теплые куртки, специально сшитые лыжные чуни, а то и просто унты, побольше мороженого сала и чая –основной комплект для выживания в горах.
Надо сказать, что подбор таежной амуниции производился без особых раздумий – сибиряки знают, как бороться с зимой.

В Златоуст мы прибыли поездом ночью, а утром уже ступили на лыжню, ведущую в сторону уральского хребта Таганай. Лыжня была накатана, идти было легко, хоть и в горку. Конечно, рюкзаки были тяжеловаты, но никто не роптал – с подъемом морозец крепчал, что сулило холодную ночь.
Кругом лежала Уральская тайга: горы, что изредка показывались за деревьями, в просветах демонстрировали нам довольно высокие скалы; синее небо и сверкающий на солнце снег создавали то настроение, которое было нам нужно; темные пихты и сосны слегка раздвинулись, и лыжня была видна далеко вперед.

Из сюрпризов, что приготовил нам первый походный день, первый не заставил себя долго ждать.
Рядом с нами по снежной целине по пояс в снегу шагали трое парней. Сначала мы подумали, что они забыли лыжи и буровят снег, чтобы не сломать лыжню, но парни с непонятным упорством, не сворачивая, по-прежнему все также целеустремленно пахали сугробы, попеременно сменяя друг друга. Обогнав их, мы ушли далеко вперед, а упорные создатели собственных трудностей все также пробирались к неведомой нам, но только им одним известной цели.
- Спортсмены… или боксеры, вес сгоняют! – глубокомысленно произнес Санек, в очередной раз возвращая на лыжню опрокинувшиеся салазки, на которых он тащил за собой часть барахла. – Знаю я таких. Им завтра на ринг, а у них вес лишний, вот и сгоняют. Кто в бане сгоняет, а эти вот так, по пояс в снегу.
Мы спорить не стали, так как впереди замаячила уютная полянка, зовущая подвести итог первому дню путешествия.
Вскоре в глубоком снегу был вырыт большой «стакан», в котором расположился шатер с торчащей из него трубой, разносящей по морозной округе синеватый печной дымок, в котелках забулькало варево, а народ, вырезав в плотных снежных стенках всевозможные полочки и стульчики, уютно расположился, щебеча о своих первых таганайских впечатлениях.
- А они в палатке от свечки греются! – Сергей свалился в «стакан», будто медведь. – Я там сосну с сухими ветками приглядел, выхожу, а на снегу палатка стоит. Это эти… любители пешком по сугробам бродить.
Всем вдруг стало зябко – мы тут у костра согреться толком не можем, а они возле свечки спят. Мороз-то уже под тридцать. Бр-р-р!
…Утром Сергей сбегал к палатке «пешников» еще раз, но никого не обнаружил. Ну, и ладно. Значит, живы.
К вечеру мы подошли к подножию горы и опять стали рыть «стаканы» под палатку и костры. Снег здесь оказался еще толще, потому лагерь наш был больше похож на подснежный город – наст был почти в рост человека, и мы из кострового «стакана» переходили в палаточный «стакан» по снежному коридору.
С дровами нам повезло не очень – кругом была одна пихта, отличающаяся от других видов «топлива» тем, что в огне нещадно трещит и стреляет искрами. К утру почти все, кто были одеты в капроновые костюмы, обнаружили на одежде множество больших и маленьких прострелов. Даже палатка в некоторых местах была пробита искрами, от чего стало понятно, почему мы изнутри палатки видели звезды.
Но эти мелкие неприятности вызывали только смех и все существующие в мире виды острот. Следующим днем мы устроили лыжный слалом, скалолазание и конкурсы типа «А ну-ка, поднимись!», по условиям которого нужно было подняться как можно выше по крутому снежному и постоянно осыпающемуся подъему.
Мороз, пока было солнышко, мы не замечали, но к вечеру похолодало основательно. Дрова в костре трещали так, что казалось, будто в лесу проводятся военные учения со стрельбами из всех видов оружия. Правда, это не мешало нам поддерживать прекрасное настроение непомерными дозами чая и исполнением всего нашего богатого песенного репертуара.

fgu4u54y45

И вот, наконец, утром случилось то, предвестниками чего как бы и оказались те «снегопроходцы», что наблюдались нами в первый день похода.
- Кто-то идет. – Оксанка, помешивая кашу в котелке, приподняла свой треух, чтобы лучше слышать. – Там голоса и скрип снега под лыжами.
- Ну, и пусть идут. – Юрка уже деловито нарезал сало, покрошил лук и расставил соль и тарелки. – Война войной, а завтрак по расписанию. – В эти минуты, когда каша в котелке уже умоляла разложить ее по порциям, ему было наплевать на все происходящее.
Но народ уже ломанулся навстречу гостям.
Вылетев из-за деревьев, мы увидели поднимающуюся к нам по склону группу… по очертаниям вроде бы людей, но когда первые из них подошли уже довольно близко, мы вдруг осознали такое… отчего у нас даже… спины вспотели.
К нам шли - з о м б и !
С ног до головы этих «людей» покрывал иней. Вместо лиц у них были куски льда, ниже просматривались тонкие куртки, еще ниже летние трико, трепещущиеся на легком тридцатиградусном морозном ветерке, и вьетнамские кеды, привязанные к лыжам бельевыми веревками.
Можете представить эту картину маслом?
Заиндевевшие трупы на фоне сверкающего утреннего снега и темных лохматых пихт смотрелись так по-космически сюрреалистично, будто Сальватор Дали, уставший от поднадоевших песчаных пространств, решил сменить их на зимний пейзаж и изобразил нечастных квазилюдей в свойственной ему манере.
Один из нас, Андрюшка, первым увидевший призраков, как держал в руке надкушенный кусок сала, так и остался с ним стоять, ошарашенно пялясь на эту живописную группу. Игорь, указывая рукавицей на инопланетян, пытался что-то сказать, но изо рта его слышались только несловораздельные «мэ-э… бэ-э…». Вытаращенные глаза остальных подтверждали лишь одно – такая встреча насквозь поразила их слабые сердца и изо всех сил терзает их неокрепшие умы…

И тут произошло чудо!
Один из зомби, выделявшийся среди других большей массивностью, сломал правой рукой свою ледяную голову, а левой вырвал у Андрюшки кусок сала!
Вместо льда появилось красное лицо и огромный рот, куда и отправилось сало, похищенное у нерасторопного хозяина.
С этого момента началось «раззомбирование»: с лиц срывались покрытые льдом тряпицы, в сторону полетели палки и лыжи – инопланетяне в скоростном темпе превращались в до предела замерзших и до ужаса голодных мальчишек!
Мы, отойдя от шока, потянули их к костру. Отпаивали окоченевших НЛО (неопознанных лоханувшихся объектов) чаем, подкладывали в чашки наш вчерашний суп и сегодняшнюю кашу. Бывшие «зомби» уплетали наш немудреный завтрак так, будто неделю питались одним снегом. Общее наше удивление было усугублено еще и тем, что парни каждое блюдо сопровождали поеданием изрядного количества сала. Даже прихлебывая чай, эти несчастные тут же заедали его… все тем же салом!
Игорь уже что-то просчитал – что значит родиться в нужном месте и в нужное время! – и, обратившись к самому старшему из группы, спросил:
- А вы не с ридной ли Украины будете?

В конце концов, когда, налопавшись, наши гости, как пиявки, отвалились от стола, мы узнали всю историю их приключений.
Группа ПТУшников одного из городов Донбасса в качестве премии за хорошо проваленную сессию удостоилась туристической путевки на Урал. То ли в тамошнем турбюро зло подшутили над будущими шахтерами-станочниками, то ли резкое несоответствие климатов сыграло свою роль, но в списке обязательного снаряжения числились легкие куртки, спортивное трико (да,да, именно то, с пузырями на коленях!) и кеды. Это на зимний-то Урал! Плюс ко всему в путевках было указано, что на Таганае их ждет горячее (!) трехразовое (!!) питание (!!!).
Мы уже ржали в полную силу, а эти несчастные до сих пор так и не поняли, как это смешно – оказаться на Урале в тридцатиградусный мороз в трико и кедах! Мало того, что они еще в поезде прикончили свои шахтерские пайки, так еще и явно просчитались с количеством прихваченного сала! Ведь погибли бы без него ни за грош! Правда говорят: что для москаля смерть, то для хохла - сало!

Провожали мы гостей, утирая слезы. Никогда мы прежде так не смеялись! Своим ржанием мы все же разбудили чувство юмора и у этих несчастных. Перед расставанием хохотали уже в две группы глоток. Сквозь смех славные ПТУшники звали нас к себе в Донбасс, приговаривая при этом, чтобы мы обязательно брали с собой шубы и валенки, мол, посмеемся еще раз!
Рванули они вниз с горы с такой резвостью, что на такой скорости, как нам показалось, они могли, не заметив, пролететь и мимо вокзала и мимо Урала – прямиком на свою ридну Украину!

…Теперь вы понимаете, с каким прекрасным настроением мы возвращались домой. Мало того, что посетили красивейшую вершину Урала, накатались вдоволь на лыжах, так еще встретили зомби, спасли людей от голодной смерти и нахохотались вволю!

taganai1

 

(Другие статьи о Далматово здесь)

У вас недостаточно прав на комментирование

.